По заветам Геббельса:
К вящей славе вермахта надо обливать грязью советских полководцев, заявляя, что мы завалили врага трупами и победили благодаря безропотной массе солдат, покорно шедших в самоубийственные атаки.

В «Новой газете» от 22 июня 2009 года опубликована статья доктора филологии Бориса Соколова «43 миллиона. Сколько мы потеряли в Великой Отечественной и как фальсифицируют историю», в которой он обвиняет советских и современных военных историков в фальсификации цифр людских потерь в Великой Отечественной войне и утверждает, что Красная Армия потеряла погибшими в войне 26,3 – 29,6 млн чел., а немецкая армия – в 10 раз меньше (2,8 млн чел.).
Все в статье поставлено с ног на голову. На самом деле обвинения Бориса Соколова имеют мошеннический характер, а его «подсчеты» потерь представляют собой то, в чем он обвиняет других – откровенную фальсификацию.
Сначала о мошенничестве. Чтобы доказать правомочность своих цифр, Б.Соколову нужно скомпрометировать результаты многолетних исследований большого коллектива военных историков под руководством генерал-полковника Г.Ф.Кривошеева, определившего демографические потери Красной Армии в 8,7 млн чел. и опубликовавшего свои результаты в книгах «Гриф секретности снят» и «Россия и СССР в войнах ХХ века». Честной критикой достичь этого невозможно. Вот и приходится Б.Соколову мошенничать. В разделе статьи, названном «Недоучтенные потери Курской битвы» Борис Соколов пытается доказать, что опубликованные в книгах «Гриф секретности снят» и «Россия и СССР в войнах ХХ века» данные о потерях «многократно занижены» (курсивом здесь и далее выделен текст Б.Соколова. – В.Л.). Для подтверждения этого «тезиса» Б.Соколов приводит пример «недоучета потерь» в Курской битве. Он пишет, что к 5 июля 1943 г. Центральный фронт «…насчитывал 738 тыс. человек в 41 стрелковой дивизии, 1 ис­требительной дивизии противотанковых ружей, 4 танковых корпусах, 5 стрелковых бригадах, 3 отдельных танковых бригадах и 3 укрепленных районах. В период с 5 по 11 июля фронт потерял убитыми и пропавшими без вести 15 336 человек, а ранеными и больными — 18 561 человека. Вся убыль личного состава была равна 33 897.
К моменту начала Орловской наступательной операции состав соединений Центрального фронта изменился очень незначительно. Добавилась одна отдельная танковая бригада и ушли две стрелковые бригады. Численность личного состава отдельной танковой бригады — 1300 человек, личного состава стрелковой бригады — 4,2 тыс. человек. Значит, за счет перемещения соединений численность личного состава Центрального фронта могла сократиться на 7,1 тыс. человек. Добавим сюда убыль за счет безвозвратных и санитарных потерь в 33,9 тыс. человек. Таким образом, к 12 июля 1943 года численность войск Центрального фронта согласно всем законам арифметики должна была составить 697 тыс. человек. В действительности же она составила 645 300 человек, т. е. на 51,7 тыс. человек меньше… У меня нет сомнений, что эта огромная разница, в полтора раза превышающая официальные данные об общих потерях, образовалась за счет недоучета потерь…»
Эти обвинения в «недоучете потерь» представляют собой откровенное мошенничество. Дело в том, что все числовые данные примера взяты Б.Соколовым из двух таблиц, приведенных на стр. 188, 189 книги «Гриф секретности снят». В этих таблицах перечислены лишь крупные боевые формирования Центрального фронта – объединения и соединения. Но кроме них в составе любого фронта были и отдельные боевые части, и тыловые войсковые формирования. Состав Центрального фронта согласно приложениям 6 и 19 книги «Курская битва» (под ред. И.В.Поротькина, 1970 г.) на 1 июля 1943 г. был на 31 отдельную часть и соединение (27 отдельных частей и 4 отдельных инженерных бригады) больше, чем на 10 июля 1943 г. Численность этих отдельных частей и соединений и покрывает обнаруженную Б.Соколовым «недостачу» войск фронта.
Глупость этого примера можно было бы отнести к невежеству Бориса Соколова (незнанию, что в состав любого фронта входили отдельные части), если бы не одно обстоятельство. Дело в том, что в своей книге «Тайны Второй мировой» (М.: Вече, 2000 г.) он поместил статью, в которой дал ссылки на упомянутую выше книгу «Курская битва». Причем в ссылке №182 им прямо указано: «см. статистику, относящуюся к Курской битве: Курская битва. Под ред. И.В.Поротькина, С. 476–504». Именно на этих страницах приведены приложения 6 и 19. Это значит, что Борис Соколов знает о лживости, мягко говоря, своих аргументов и тем не менее без зазрения совести повторяет в многочисленных публикациях сфальсифицированные обвинения в занижении потерь Красной Армии в Курской битве.
Теперь о невежестве Бориса Соколова. В разделе статьи «Наши реальные потери» он пишет, что провел подсчеты советских военных потерь «тремя альтернативными методами», которые были описаны в статье «Запретные цифры», опубликованной в 2005 году в той же «Новой газете». И во всех трех «подсчетах» Борис Соколов проявил вопиющую методическую и математическую безграмотность.
Первым методом боевые потери Красной Армии Б.Соколов вычислил следующим образом: сначала он, разделив цифру погибших (413 тыс. чел.) в расчетном месяце (ноябрь 1942 г.) на уровень санитарных потерь (раненые и контуженные) в этом же месяце (83% от среднемесячного числа санитарных потерь в войне), «рассчитал» среднемесячное число убитых, умерших от ран, болезней и несчастных случаев советских воинов. Затем Б.Соколов умножил получившуюся цифру (500 тыс. чел.) на 46 военных месяцев и, учтя окруженцев, вернувшихся в Красную Армию, и небоевые потери в тыловых округах, получил суммарные боевые потери Красной Армии в войне в 22,4 млн чел. Общие демографические потери Красной Армии определены Б.Соколовым суммированием боевых потерь советских войск (22,4 млн чел.) с потерями умершими в плену (4 млн чел.).
Известно, что достоверность выводов, опирающихся на расчеты, определяется полнотой и надежностью исходных данных, а также адекватностью принятых допущений реальным процессам. Ни одно из этих условий Б.Соколовым не было соблюдено.
Исходные данные. В качестве исходных данных для исчисления среднемесячного количества убитых, умерших от ран, болезней и несчастных случаев советских воинов Б.Соколов принимает данные о потерях советских войск в ноябре 1942 г. (413 тыс. чел.), приведенные в статье Д.Волкогонова «Мы победили вопреки бесчеловечной системе» («Известия», 08.05.93). Это допустимо делать лишь при отсутствии других данных. Но в книге «Гриф секретности снят» приведены совсем другие цифры потерь наших войск в 1942 г. Для четвертого квартала 1942 г., по которому произведены расчеты Б.Соколова, эти цифры меньше «волкогоновских» в три раза.
Допущение. Среднемесячное количество убитых, умерших от ран, болезней и несчастных случаев (500 тыс. чел.) Б.Соколов рассчитал, разделив «волкогоновскую» цифру потерь в ноябре 1942 г. (413 тыс. чел.) на уровень санитарных потерь (раненые и контуженые) в этом же месяце (83% от среднемесячного числа санитарных потерь в войне). Это значит, что в расчетах Б.Соколов принял допущение о постоянстве соотношения между демографическими и санитарными потерями в течение всей войны. Допущение фантастическое, в действительности соотношение между демографическими и санитарными потерями никогда не бывает постоянным (что замечательно – на стр. 228 книги Б.Соколова «Тайны Второй мировой» помещена таблица, данные которой недвусмысленно опровергают сделанное допущение). В ходе Великой Отечественной войны оно менялось от 3:10 до 6:10. По представлениям Б.Соколова, чем выше месячный процент санитарных потерь, тем больше число убитых, умерших от ран, болезней и несчастных случаев в этом месяце. На практике часто бывает наоборот. Так, боевых санитарных потерь в 4-м квартале 1943 г. было на 203 тыс. чел. больше, чем в 4-м квартале 1942 г., но число убитых, умерших от ран, болезней и несчастных случаев было в 4-м квартале 1943 г. на 35 тыс. чел. меньше.
Для подтверждения результатов своих расчетов Б.Соколов сослался на банк компьютерных данных музея Великой Отечественной войны на Поклонной горе, который к маю 1994 года содержал 19 млн имен военнослужащих, погибших или пропавших без вести. Последняя цифра прозвучала на Международной научной конференции «Людские потери во Второй мировой войне», состоявшейся 14–15 марта 1995 г. Предположив, что 19 млн попавших в этот банк составляют примерно 70% всех погибших и пропавших без вести, Б.Соколов определил их общее число в 27,1 млн человек. Вычтя из этого числа 2 млн выживших пленных и 900 тыс. вернувшихся окруженцев, он «вычислил», что «общее количество погибших воинов Красной Армии составляет 24,2 млн чел. (это – второй метод подсчета Б.Соколовым потерь).
Выяснилось, однако, что в электронный банк данных музея на Поклонной горе первоначально были перенесены сведения из всех имеющихся списков погибших. Это привело к многократному учету одних и тех же погибших (некоторые воины были учтены семь раз). Поэтому «рассчитанные» по общим данным музея Великой Отечественной войны на Поклонной горе Б.Соколовым цифры завышены и не имеют ничего общего с реальными потерями Красной Армии.
Наконец, Б.Соколов попытался подтвердить свои цифры с помощью данных о безвозвратных потерях офицерского состава Красной Армии (третий метод подсчета Б.Соколовым потерь). Чтобы свести концы с концами, Б.Соколов заявил, что «доля офицеров в безвозвратных потерях двух сторон была примерно одинакова» и составляла около 3% (тогда при офицерских безвозвратных потерях в 784 тыс. чел. общие потери Красной Армии составят 26,1 млн чел.). Для подтверждения этих самых 3% Б.Соколов ссылается на данные из донесения 323-й стрелковой дивизии о безвозвратных потерях (убитые, умершие, пропавшие без вести и попавшие в плен) в наступательных боях с 17 по 19 декабря 1941 года.
Все эти потуги – банальная подтасовка и опять же мошенничество. Во-первых, процент потерь советских и немецких офицеров, не мог быть одинаковым, т.к. доля офицеров в Красной Армии была в 4,5 раза больше, чем в вермахте (14,32% против 3,2%), а значит, и процент их потерь был выше. Во-вторых, и это главное, «подтверждающие данные» на самом деле расчеты не подтверждают. Дело в том, что по своей методике Б.Соколов рассчитал число погибших и умерших воинов Красной Армии. Следовательно, при подсчете общего числа погибших по уровню офицерских потерь нужно учитывать не общие безвозвратные потери (как это сделал Б.Соколов), а только погибших офицеров и красноармейцев, т.е. подтверждение своих расчетов Б.Соколов получил с помощью подлога – подмены понятия «погибшие и умершие» понятием «безвозвратные потери».
 Если же использовать данные из донесения 323-й стрелковой дивизии для подсчета погибших воинов Красной Армии, то результат будет совсем не тот, что у Б.Соколова. В упомянутом донесении погибших офицеров и красноармейцев было соответственно 38 и 458 чел. Это значит, что погибших в боях офицеров 323–й стрелковой дивизии было 7,7%. Поскольку общее число погибших в войне офицеров равно 631 тыс. чел., то, разделив эту цифру на 7,7%, получим, что общие потери Красной Армии погибшими и умершими составляют 8,2 млн чел. Это сопоставимо не с цифрами Б.Соколова, а с цифрами Г.Ф.Кривошеева. Результат, конечно, случайный, но весьма симптоматичный.
Дремучи познания Б.Соколова и в отношении потерь вермахта на советско-германском фронте. Он пользуется данными (да и то некорректно) бывшего генерал-майора вермахта Б.Мюллера-Гиллебрандта, относящимися к 50-м годам прошлого столетия. Эти данные имеют много пробелов и ошибок в силу ограниченности источниковой базы, на которую опирался Б.Мюллер-Гиллебрандт. Между тем в 1999 году немецкий исследователь Рюдигер Оверманс издал книгу «Немецкие военные потери во Второй мировой войне», в которой на более широкой источниковой базе определил общие демографические потери немецкой армии в 5,3 млн чел., из них на советско-германском фронте погибло примерно 4 млн немецких военнослужащих (стр. 275 упомянутой книги). Нужно сказать, что и эта цифра не дает полного представления о потерях вермахта погибшими на советско-германском фронте, поскольку Оверманс считал погибших немцев, а служивших в вермахте лиц многих других национальностей он не учитывал.
* * *
В последние годы Б.Соколов опубликовал свою версию о соотношении потерь Красной Армии и вермахта в «Новой газете» дважды – 28 марта 2005 года и 22 июня 2009 года. После первой статьи в комментариях к ее электронной версии были четко показаны и невежество, и мошенничество Б.Соколова. Но редакция «Новой газеты» критику статьи проигнорировала и снова опубликовала сфальсифицированные бредни Б.Соколова о людских потерях на советско-германском фронте. Одновременно на страницах «Новой газеты» периодически обсуждается проблема роста в молодежной среде экстремистских и нацистских настроений. Претензии по этой проблеме предъявляются к власти, правоохранительным органам, семье и школе. Но господам из редакции «Новой газеты» прежде всего надобно бы на себя оборотиться. Ведь это и они в определенной мере поспособствовали рождению и росту нацистских настроений среди части молодежи, потому что дали возможность Борису Соколову на страницах своей газеты оскорблять мощную, восхищавшую весь мир своими блестящими победами Красную Армию, обливать грязью якобы не умевших воевать советских полководцев и солдат, заявляя, что «мы заваливали врага трупами и победили лишь благодаря большой и безропотной массе необученных солдат, покорно шедшей в самоубийственные атаки», и восхвалять военное искусство нацистских генералов и мастерство солдат вермахта.