Гражданская война продолжается

В российский прокат вышел широко разрекламированный высокобюджетный фильм Андрея Кравчука «Адмирал», который рассказывает о жизни Александра Колчака. Изначально было понятно, что может представлять из себя эта картина, снятая в наше время, каким там предстанет главный герой, против кого и чего она, прямо или косвенно, будет направлена. Однако идя в кино на просмотр фильма, я все же, учитывая мой миротворческий настрой в последнее время, надеялся на то, что увижу хотя бы попытку беспристрастного толкования событий революции и Гражданской войны и роли в ней такой крупной фигуры, как адмирал Колчак. Надеждам не суждено было сбыться. Увидел то, что и дол­жен был увидеть: безвкусную, низкопробную и злобно антисоветскую картину, густо измазанную мелодраматическими соплями. Не спасают фильм ни набор блестящих актеров (Константин Хабенский, Сергей Безруков, Анна Ковальчук и др.), ни использование потрясающих спецэффектов в сценах морских и сухопутных сражений.
Главный недостаток фильма заключается даже не в его оголтелой антисоветской направленности, а в отсутствии главного субъекта и действующего лица – истории. Фильм рассказывает о судьбе Колчака в период с 1916-го по 1920-й гг. Однако несмотря на всю насыщенность этого периода российской истории событиями, и притом весьма судьбоносными для нашей страны, центральной темой стала любовь адмирала к жене своего подчиненного Сергея Тимирева Анне Васильевне. И на протяжении всего фильма поэтому только и слышно было: «Ах, Анна Васильевна, душа моя!», «Ах, Александр Васильевич, милый!» Даже в вагоне поезда, следующего в Иркутск, за несколько дней до своего расстрела герой и его любимая сожалеют не о потерянной для них стране и разгромленной армии, а лишь о том, что им так и не удалось потанцевать. Видимо, создателям фильма явно не давали  покоя лавры авторов «Титаника», в котором также трагедия затонувшего судна показана сквозь призму любви главных героев, и жаль, в конце концов, становится именно их, а не тысячи иных пассажиров. Нелепа и неуместна предпринятая попытка связать воедино события Гражданской войны и съемки «Войны и мира» в 1964-м. А предстающий в роли своего отца Федор Бондарчук смотрится, как обезьяна в роли человека. А еще разбивающийся фужер шампанского и показанные крупным планом глаза состарившейся героини-любовницы и вовсе навевают воспоминания о гламурном шедевре Джеймса Камеруна.
В фильме есть батальные сцены (неплохо, кстати, снятые, особенно морские бои), но нет мировой войны, есть революционная матросня, жестоко расправляющаяся с офицерами, но нет самой революции, показаны некоторые исторические события войны Гражданской, но нет осмысления того, за что, с кем и почему воевали белые под предводительством Колчака. Авторы предлагают зрителю принять как данность то, что белые – это почти что святые, так и не ставшие, вопреки заверению участника Гражданской войны Василия Шульгина, «почти что бандитами». А что красные-де – это отродье и зверье. Соб­ственно и красных то в картине практически не видно, так же, как и немцев. Редко появляющиеся в картине «красные» предстают, как кровожадные инопланетные существа, лишенные не только милосердия и благородства, но и простого человеческого вида. Нелюди и все!
А революция наступает в фильме как досадное недоразумение, помешавшее господам в белых мундирах  пить шампанское, играть в фанты и хрустеть пресловутыми французскими булками. Так все прекрасно складывалось, и бац – революция! Если бы авторы удосужились изучить хотя бы обзорно исторический материал, то выяснили бы, что адмирал Колчак приветствовал Февральскую революцию и даже заказал молебен в честь этого события на своем судне.  Так же как и генерал Корнилов, арестовывавший царскую семью. Это потом их пути с революцией разошлись, но все белые генералы родом из Февраля, это давно уже установлено и станет открытием лишь для создателей «Адмирала» или его незадачливого зрителя, на которого и рассчитано сие зрелище. Разумеется, белые в фильме добрые и пушистые, никого не расстреливают, не устраивают массовые порки крестьян, не проводят насильственную мобилизацию. Колчака встречают как национального героя. Правда, среди ликующих не видно ни крестьян, ни  рабочих, а все сплошь мещане, буржуа, городские обыватели.
Еще одна особенность фильма – это засилье поповщины во всей своей красе. Здесь и бесконечные молебны, и отпевания, и крестные знамения, и расстрелы непременно на фоне церквей. Только представьте: русское военное судно идет полным ходом на немецкий корабль, а его солдаты и офицеры с непокрытыми головами просят помощи и защиты у Бога! И лишь благодаря Божьей помощи, по версии создателей картины, избегают расставленных ими же самими мин. Иерархи церкви, особенно те, кто недавно призывал предать анафеме коммунизм и Советскую власть, будут весьма довольны картиной.
Удачно, на мой взгляд, показаны лишь сцены движения войск Каппеля (его неплохо сыграл Безруков) на помощь Колчаку в Иркутск, во время которого генерал лишается ступней обеих ног, а затем и жизни. А оставшиеся без командующего войска попадают в засаду, расставленную красными на подступах к городу. Но и здесь не обошлось без курьеза. Идиотической выглядит сцена, в которой Каппель призывает своих солдат, оставшихся без патронов, идти в атаку прямо под пулеметный огонь. А гибель санитарки, срезанной пулеметной очередью, так ожесточает каппелевцев, что они прорывают неприятельские позиции и обращают противника в бегство. Видимо, не было там Анки с Петькой из «Чапаева», которые косили бравых, одетых в черные мундиры с черепами на кокардах, каппелевцев из пулемета так, что им не помогла никакая психическая атака.
Лишенный исторического содержания фильм не раскрывает главного проблемного вопроса: где был и что делал адмирал Колчак в период с  июля 1917-го, когда был выслан Керенским в США, до ноября 1918, когда провозгласил себя «верховным правителем» России? Но даже не слишком искушенный в историческом знании зритель может найти ответ на этот вопрос в фильме, видя как во время церемонии провозглашения Колчака «верховным правителем» рядом с российскими триколорами развеваются британские и американские знамена. Сегодня уже можно с твердой уверенностью сказать, что адмирал Колчак был прямым ставленником Запада. Этим и объясняется его отсутствие в России в течение довольно длительного периода времени и неожиданное появление осенью 1918 года в Омске.
Какую задачу решает этот фильм сегодня? Неужели заказчики фильма хотят продолжения Гражданской войны? Только теперь эта война будет идти в сознании людей? Чьим интересам служит картина? А здесь уже проще. Перед началом картины видишь знакомую заставочку киностудии «XX век Фокс» и даже пару секунд сомневаешься, на тот ли фильм ты попал, не перепутал ли кинозалы? Нет, оказывается, все правильно. Сначала нам прислали из-за океана живого Колчака, пытавшегося с помощью американских, английских, французских и чехословацких штыков уничтожить Советскую республику, а теперь, спустя много лет после его расстрела, наши верные «друзья» спонсируют создание романтического фильма о нем. И здесь уже не только гражданской войной попахивает, но и интервенцией с последующей оккупацией.

Александр Токарев

Адмирал  с «Титаника»

Заметным событием нашего бедного на новости кинематографа стал вышедший недавно на «экраны Великой Страны» героический блокбастер «Адмиралъ». За минувшие выходные его посмотрели аж два миллиона наших соотечественников. Это рассказ о счастливой любви и несчастной (для самого адмирала и его страны) политической карьере А.В.Колчака.
Начнем с love story – адмирал влюбляется в жену своего подчиненного, она отвечает ему взаимностью. История стара как мир. А любовь, как заявляют нам создатели фильма, сильна как смерть. Правда, не так сильна игра главных героев. Константин Хабенский – актер камерный, его игра глубоко психологична, тонка. Именно таким мы видели его на сцене питерского Театра имени Ленсовета. В крошечном зале, находясь в двух метрах от актера, я был свидетелем не игры – глубочайшего вживания в образ. Пронзительная трагедия дурачка Карла в «Войцеке», величие и падение Калигулы... Но то маленький зал, а актеру нужна всенародная слава. А слава в современном кинематографе – выход в тираж «блокбастеров», «сериалов» и «триллеров». Как-то актер заявил: «Хочется равняться на великих, таких, как Евстигнеев, Леонов, Чаплин». Но теперь вот придется равняться на мнение авторов официального интернет-сайта фильма «Адмиралъ»: «Времена изменились: культ личности отжил, железный занавес рухнул, труп Советского Союза похоронили, и наконец появилась возможность быть более объективными по целому ряду вопросов, в том числе историческим».
Что ж, будем объективными: любовная история сутуловатого субтильного адмирала и бойкой дамочки с накрашенными губами (что было в те годы признаком принадлежности скорее не к «свету», а к «полусвету») и дымящей сигаретой почти дословно напоминает историю богатой невесты Роуз и бедного художника Джека из «Титаника» Джэймса Кэмерона. И дело не только в голливудских позах главной героини, постоянно и страстно полуоткрытых устах, заламываниях рук и белоснежных улыбках. Пустопорожний флирт в раззолоченных залах, беспрерывное кружение в вальсах, встречи и разлуки, воссоединение у края пропасти, медленно уходящий в пучину труп героя в белых одеждах, верная жена в глубокой старости, сжимающая портрет – единственную оставшуюся память о любимом. И финальная сцена – встреча как бы за порогом смерти, в окружении давно ушедших в иной мир друзей и близких. Это образы «Титаника»! Правда, его герои сумели показать любовь, которая сильнее смерти. Здесь же – подобие, схема, пунктир.
Считаю лишь, что с ролью знаменитой «Колчаковны» скорее справилась бы Анна Ковальчук, отодвинутая в фильме на второй план. Ум и поразительная красота, твердый характер и талант Анны смогли бы «вытянуть» фильм.
Но у адмирала есть и другая любовь – Родина. Его Родина – страна белоснежных мундиров офицеров, чаепитий на дачах в Гельсингфорсе, раболепной прислуги и беспрекословно выполняющих приказ матросиков. На нее адмирал буквально молится. Из фильма мы узнаем, что адмирал (да и все его окружение) были людьми глубоко верующими. Чуть что – шапки долой, на молитву становись! Адмирал многократно произносит страстные проповеди, благословляет народ и воинство, как на литургии. Не случайно, что мудрый и смиренный император Николай в исполнении Николая Бурляева именно Колчаку дарит икону, как бы благословляет будущего «Верховного правителя» на царство (при всем том авторы умалчивают, что Колчак в первый же день отказался от свергнутого монарха, присягнул Временному правительству; да и все подданные вмиг отреклись от царя ведь не просто же так. Прошел почти век, улеглись непримиримость и ярость Гражданской войны. Но ведь кто-то же стрелял в рабочих у Зимнего дворца в Кровавое воскресенье и кто-то же вешал и топил крестьян в Сибири, жег красных партизан в топках паровозов, сек насмерть железнодорожников!
Создатели фильма могли бы преподать свой идеологичесский посыл тоньше, более умело. Вот и сам Колчак обагрил руки народной кровью, но в том была «историческая необходимость», «сермяжная правда», своим крестным путем адмирал возвысился над братоубийственной бойней... Но нет, никто не удосуживается смягчить откровенно навязываемый зрителям антисоветский бред. Опять ужасы «чрезвычайки», бессудные расстрелы, «красный террор», грабежи и погромы. С другой стороны – «лебединый стан» белых рыцарей, вступающих в города под колокольный звон и ликующие крики народа. Но почему же тогда предали союзники, разбежалась армия? Лишь раз адмирал позволяет зрителю усомниться в правоте своего дела. На заседании своего правительства он заявляет, что какие бы хорошие законы они ни приняли, народ их все равно перевешает. Быть может, стоило бы углубиться в эту тему, показать другую правду – того самого народа. Народа, который является нам в фильме лишь в виде приблатненной матросни, озлобленных красногвардейцев, всякого рода ветхозаветных оборванцев.
Но есть и другой враг: злые иностранцы. Союзники – французы, американцы, чехи и «разные прочие шведы» – предали адмирала в тот момент, когда победа была так близка. А как ведь все хорошо начиналось! Стоящий на пригорке Колчак (почти как на горе Елеонской!) на фоне развевающегося флага Соединенных Штатов (!) возвышенно разглагольствовал о счастье народном, о борьбе до победного конца со всякими врагами Отечества. И народ коленопреклоненно присягал «Верховному правителю». Не так ли иные правители хотят видеть взаимоотношения народа и власти и в наши дни?
Авторам фильма не хочется говорить правду. Интервенты пришли в Сибирь к Колчаку, соблазненные обещанным им золотым запасом России, захваченным белогвардейцами, обещанными территориальными уступками, фактически разделом страны, бесконтрольным доступом к природным богатствам. А когда золотой запас был вывезен за океан, а М.В.Фрунзе нанес колчаковщине смертельный удар, союзнички бросили адмирала и, захватив все, что можно было захватить, бежали за океан. И в том трагедия Колчака. Считая, что «лучше с чертом, чем с большевиками», он осознанно встал в ряды самых последовательных и жестоких врагов нашей страны. Видя чудовищные экзекуции и погромы колчаковской «грабьармии», безраздельно хозяйничающих в штабе адмирала американских и французских «советников», на сторону красных переходили целые соединения. В качестве примера приведем бегство колчаковского подпоручика Л.А.Говорова (будущего советского маршала) в занятый красными Томск в 1919-м.
Это мог бы быть глубокий и честный фильм о трагедии русского человека, захваченного в водоворот великой и героической трагедии начала ХХ века. А получился аляповатый и пустой «героический блокбастер».

Константин ЕРОФЕЕВ

Санкт-Петербург.